212 страстно влюбленъ вЪ другую женщину?" Правда, сударыня; онЪ влюбленъ въ прекрасную, любезную, милую женщину; однимЪ словомЪ—въ васъ. Я это знаю, и прощаю ему; только увѣряю, что вы никогда не будете его супругою. Норлисъ имѣетъ конечно тысячу способовъ огорчать меня; я буду огорчаться, буду проливать слезы, не говоря ни слова. Такова участь моя: подвергаюсь ей безѣ роптанія. "Когда вамъ все извѣстно, сударыня (сказала она), то мнѣ нѣтѣ нужды притворяться. Правда, Г. Норлисъ въ меня елю6- ленъ, и мнѣ никакѣ не льзя было привести его въ разсудокъ. Естьли вы не согласны, то онѣ долженѣ оставить меня въ покое. Только подумайте обѣ его отчаяніи ? Для чего упрямиться? Для чего удерживать силою такое сердце, которое не можетѣ жить для васЪ? Тысячи другихЪ готовы плѣниться вами ; ваша красота, ваша любезность. . . ." ТутЪ я встала, и сказала ей съ чувствительностію: "Благодарю васъ за утѣшеніе, которое меня ни мало не утѣшаетъ. Называйте , естьли угодно , постоянство мое упрямствомъ; только я непремѣнно хочу остаться навсегда Норлисовою супругою, будучи матерью, и притомъ матерью дѣтей его : драгоцѣнныя имена , которыхъ не лишусь вовѣки , и которыя будутъ вырѣзаны на моемѣ гробъ!
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4