Между тѣмъ Калиста , племянница моя, по видимому спокойно ожидала ОтЪ матери рѣшенія Своей участи. Мы начали говорить обѣ ея замужствъ , и сестра моя спросила у нее, кому отдаётѣ она преимущество изЪ жениховЪ своихъ которыхЪ число со дня на день умножалось. Калиста съ обыкновенною кротостію отвѣчала ей , что должности супруги и матери почитаетъ она священными і и не можетъ взять ихъ на себя безъ размышленія. "Позвольте мнѣ,матушка (сказала она) , позвольте мнѣ на нѣкоторое время удалиться вЪ монастырь , и вѣ глубокой тишинѣ , при священныхЬ олтаряхѣ, посовѣтоваться съ Небомъ и съ сердцемъ своймъ. Назначьте время — и потомъ дочь ваша готова будетъ повиноваться вашей волѣ." Сестра моя удивилась; и хотя ей пріятно было видѣть въ Калисте такую набожность, однакожъ она сѣ чувствительностію сказала $ что нѣжная мать можетЬ участвовать въ совѣтъ ея сЪ Небомъ, и что ей не нужно для того удаляться вѣ монастырь. " е стьли бы вы , отвѣчала Калиста, могли вмѣстѣ съ НебомЪ читать въ душѣ и въ сердцѣ моёмъ , не заставляя меня нзЪ- яснять вамЪ всѣхъ ихъ чувствованій , то я сказала бы :• читайте и располагайте мною. Но нѣжное почтеніе , которое во всю свою жизнь буду имѣть кЪ милой родительницѣ, и страхъ огорчить ее-—страхъ показаться Марм. Пов. Ч. Т 10 146
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4