138 въ гнѣвѣ своемъ отказаться отъ племянника, ему любезнаго; но не могъ обманывать его коварною, лицемѣрною кротостію. Онъ простилѣ васѣ, и хотѣлъ, чтобы вы пользовались всѣми правами своими; хотѣлъ , чтобы вамъ навсегда осталась невѣдомою духовная, написанная имЪ въ огорченіи; хо- тѢлъ ее уничтожить и требовалъ назадъ. Но ему сказали , что она сожжена.— К то это сказалъ ? спросилъ лицемѣръ. — "В ы , сударь. Я знаю это отѣ самаго Г. Гланей." — Государь мой! сказалЪ онЪ: краснорѣчіе можетъ быть очень сильно, заставляя говорить мертвыхъ: нѣтъ опасности, чтобы насъ изобличили во лжи.—Не меня бы изоб- личилъ дядя ватѣ , отвѣчалъ я , естьлибъ онѣ могъ говорить изЪ глубины могилы своей. Страшитесь , чтобы прахѣ его не ожилъ, и чтобы голосѣ его не прервалѣ молчанія смерти для посрамленія безчестной души. — Т у т ъ взглянулъ онъ на меня съ на- смѣшливымъ видомъ. Когда такъ, продол- жалъ я, то онѣ будетъ говорить — и вЪ то самое время я вынулъ изъ кармана вторую духовную, отданную мнѣ покойчикомъ. Читайте вслухъ , сказалѣ я л’Ормону: вотъ послѣднее его завѣщаніе. Онъ прочи- талъ, и по новой духовной доставалось ему все имѣніе Г. Гланси. Д’Оранбре, какѣ бы пораженный громо- ВымЪ ударомЪ, нѣсколько минутъ стоялЪ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4