мрачным посланником епископа. Ямы тщательно маскировались. Всем ведь известно, что эльфы на редкость зоркие и обладают лёгким шагом. Их так просто не проведёшь. Нужно постараться. Кутру ближе, затушив слюдяные фонари, люди тихо удалились, изредка перешёптываясь. Утренний туман приглушал голоса. Вполдень эльф вышел из дома. Прошёл уже почти восстановленный садик, и заросли ограды расступились перед ним, точно раскрывшиеся ворота. Вар- бурн постоял немного, исподлобья разглядывая неловкие попытки маскировки ночной работы. Потом вздохнул и вернулся к дому. Там он подобрал второй камень, ужасно похожий на первый, и сунул его в карман сюртука. Снова вышел за ограду и произнёс негромкое заклинание. Заросли послушно сомкнулись за ним, укрыв уютный домик от чужих глаз. Эльф ещё постоял пару минут, а потом быстро зашагал прочь, стараясь выдерживать направление на горные вершины, белевшие над лесом. Ловушки он перепрыгивал или уверенно обходил. Впрочем, их встретилось немного. Было лето, шумный от птиц лес пах прогретой хвоей, и вскоре эльф растворился в пейзаже. Итолько самый острый глаз при большом желании и известной доле везения по отдельным надорванным ниткам паутины смог бы установить направление, куда ушёл Варбурн. Больше его никто и никогда не видел, а память о нём изгладилась в сердцах человеческих.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4