Потом они меня перевели наконец-то ко всем детям. Но через несколько дней пришли и сказали, что у меня плохая болезнь, и увели меня от детей. Когда брали кровь из вены, то даже не запарились помолчать, а просто сказали: кажется, у тебя сифилис. Их предположение не подтвердилось, но уровень профпригодности этих людей понятен. Целый месяц я слонялась от окна к двери в ожидании, когда придут мои документы и меня наконец-то выпустят на волю, ибо там (в ПРИ) ни ... не свобода, там реально тюрьма. Там не выпускают гулять. Ходят строем. На окнах решетки. И кругом все в ментовской форме. Всю дорогу безумно хотелось курить. Наконец-то меня повезли в детский дом. С момента моего задержания на улице и до момента моей депортации в детский дом меня ждали мои вещи - в чем забрали - короткое узкое черное платье, короткое пальто, капроновые колготки и ботинки на каблуке. Так вот, в этих вещах я и поехала в детский дом. ВПРИ ходила в казенной одежде.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4