РАССТРИГА И ЗАКОН Жена разрешила отдохнуть. Сегодня это означало одно: он волен уехать на пару дней. И он уехал к студенческим друзьям. Хотя если быть точным, к друзьям студенческих времен. Пить начали в 17-00. В 19-00 кончилась первая партия. В 23-00 при покупке третьей партии их задержал наряд. Сопротивления при задержании не оказали. Сунули всех троих в воронок. Оказалось, что там тес- новатенько. Но весело. Он пели песни, смеялись без причины и изображали «Титаник», водя пальцами по заледеневшему стеклу. Накатали по городу прилично. Хотя задержали у самого ОВД. Но они не унывали. Пытались вспомнить «Варшавянку». Хватило на два куплета. Поэтому перешли на другие героические сочинения. В середине припева «Интернационала» их подвезли к обезьяннику. Было слышно, как один патруль спрашивал у другого: «Кого привезли-то? Жуликов?» — «Да нет. Купцы подгуляли». — «Чем хоть задержанные-то занимаются?» — «А, песни поют да ржут, как лошади». Промариновав ещё чуть-чуть для приличия в жестяном морозильнике воронка, менты повели их в чудные апартаменты с общей решеткой, набитой дебоширами и бомжами. Публика была интересная. В обезьянник засунуть не успели. На самом проходе мимо них два служивых провели батюшку. Батюшка был при полном параде, с крестом и фиолетовой скуфейкой, лихо заломленной, как папаха. Попик был пьян в дугу, вырывался из рук правоохранителей и орал дурниной, как еретик в срубе: «Не давайте атом н и к о м у ! Не давайте!» При этом священнослужителю было одновременно жутко весело и он хихикал и веселился, отчего его реденькая пегая бородёнка мелко 25
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4