До подачи омнибуса больше никто не беспокоил. Хотя теперь он стал бояться, что паства потянется за благословением, а кто знает, что при этом положено бормотать? Поэтому, сунув томик Генри Миллера обратно в рюкзак, вышел на улицу и пошёл вдоль перрона. Ужасно хотелось курить, но он стеснялся делать это при пастве. Паша — настоятель небольшой церкви в пригороде вот уже лет пять. У него плохое зрение, добрая тихая жена и четверо детей. Все время Паша честно исполняет обязанности под именем отца Гурия. Крестит детей, отпевает покойников, брезгливо даёт целовать руку фанатичным бабушкам. В целом он добрый христианин и хороший отец. Жизнь его можно даже было бы назвать и праведной, если бы не одно «но»... По пятницам, ближе к вечеру, Паша борется с искушением. Бывало, что и побеждает. И тогда враг рода человечьего трусливо убежит, поджав свой мерзкий хвост, а добрая попадья, вздохнув облегчённо, стряпает праздничный ужин. Но чаще всё же Пашу сминает и крутит проклятущая вражина. Потому надевает Паша джинсы и другую партикулярную одёжу и идет в кабак. Клуб он всегда выбирает тот, где толкутся неформалы. Город не сильно большой, а потому такой один на весь город. Там, не отходя далеко от стойки, батюшка быстро накидывается до поросячьего визга и танцует шаманские танцы под «Шоколадного Иисуса» или «Венеру в мехах». Вообще, Паша любит нойзовую музыку. После двух-трёх туров смеси мазурки и джиги пьяный в дымину попик начинает борзеть и задираться. Учитывая ярко выраженное субтильное телосложение Паши, все битПРИЗНАНИЕ 17
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4