Позднее страхи стали множиться и как-то расползаться. И все они были такие... Непонятные. Он не боялся темноты, покойников или собак, как многие дети. Не боялся отхватить фингал. Зато страшно боялся быть несправедливо обвиненным в чем-то. Или того, что его правде не поверят. До слез... Он не ревел с пробитой кирпичом башкой, сочиняя на ходу нелепую путанную историю для родителей и врача, зашивавшего рану. А вот стоило его в чем-то обвинить несправедливо — все. Глаза на мокром месте. И любой страх потом перетекал в стыд. Помнится был случай... Он мог спасти котенка. Маленького, чёрного, испуганного, жавшегося на невысокой березе с отбитой макушкой. Нужно было всего-то соврать, сказав что это их с сестрой котенок... И не стали бы старшие пацаны травить собакой этого черного малыша... А он струсил и отказался от котейки. Ушёл. Да еще сестру с собой утащил. На следующий день сестра ревела, найдя в снегу замерзший комочек, бывший когда-то писклявой чудной животинкой. А он злился и орал на нее, стараясь спрятать свой стыд... И все еще продолжал бояться. Осенью как-то свалился в пруд и ходил мокрый целый день, суша на себе одежду. Боялся признаться... Пальтишко, понятное дело, так и не досушил.. Тайком прятал его на печке... И на следующий день предсказуемо свалился с сильнейшей простудой... Но почему он тогда дрейфил признаться? Вот точно бы родители не стали ругать. Не те они люди были... Странно... И сейчас объяснить не может. Просто вот глупый страх... Или когда его поймали на краже изюма, отложенного матерью к праздничным пирогам... И ведь попался уже... С поличным практически. Но врал, изворачивался... Или когда начал курить. Или когда первый раз домой пьяным... Так вот как-то... О как. Получается, что он всю свою жизнь или врал, или боялся... Да и не только он один, наверное... Мы же 183
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4