— Погоди, дед! Так ты в борделе бывал? Ты же женатый! Ай-ай! Как нехорошо! — все улыбались, глядя на деда — Да ты прям маньяк какой-то! Или большие сучки только на маленьких кривых деревьях растут? — Эх, молодо-зелено! Не видели вы жизни, сынки! Фарья у всех одинаковая! Может, на вкус и запах немного отличается, но не особо! А вот как её подадут! Да на каком подносе и под каким соусом! Это совсем другое дело! Дед еще что-то пытался рассказать, но пришла медсестра и принесла документы на выписку. Дослушать не получилось. Наскоро попрощавшись со всеми и пожелав выздороветь и больше не болеть, он порысачил к выходу. У дверей на прощание еще раз кивнул персонально Деду. Выскочил в коридор. Больница уже надоела до колик. Хотелось домой, к жене. Жена еще на работе. Поэтому вышел с центрального входа на улицу и закурил. Нащупал ключи от квартиры. Погремел ими, не вынимая из кармана. Пошел вдоль корпуса, в сторону кардиологии. Их дом как раз за кардиологией, у самой границы больничной территории. На половине пути увидел знакомую бабульку. Остановился, тайком наблюдая. Нет, уж совсем её знакомой назвать нельзя. Просто старушка была очень ярким типажом. Он видел и запомнил ее раньше. За неделю-полторы до того, как попал в больницу. Она всегда поджидала шестой троллейбус в городе в одно время с ним. Чуть в стороне. Никого не беспокоя. Если набивалось много народа, она не участвовала в давке, а терпеливо ждала следующего — ей было тяжело стоять, видимо. Так что он часто ездил с этой бабушкой в троллейбусе. Она была уже почти родной. В больничном микрорайоне они расходились. Старушка шла в сторону больницы, а он бежал мимо клуба домой. Ему всегда было любопытно, куда же ходит эта крохотная бабушка. И на вот. Увидел. Теперь понятно, что никуда, 145
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4