Мама говорила, что все они дружны со школы —учились в одном классе. Девочка умела считать. Пусть и не сильно далеко. Но она знала, сколько маме лет и когда она сама пойдет в школу учиться. Но всё равно по сравнению с её возрастом время дружбы получалось таким огромным, что захватывало дух. Получалось несколько жизней девочки. Сколько точно, она не знала. Но очень много. Потому что взрослые большие. — Хватай крепче и держи! Нам Валюха с царского плеча пакет кубанских семечек отписала! Хоть телевизор вечером смотреть интересно будет! — О! Я теперь семяносец! — Какой ты, на фиг, семяносец? Ты семявержец! Пошли, горе ты моё луковое! Пока, Валюнчик! Она еще немного послушала. Какие странные разговоры у взрослых. Неужели это может быть интересно? Ей нравился гул голосов за стеной. Ей нравился тембр материнского голоса, когда он вступал в общий хор. Но говорили они крайне непонятно. И скучно. Девочка задремала прямо так, сидя среди россыпи игрушек. Ей снился песок. Много-много песка. Мелкого и ровного. Она такой видела в песочных часах. Только тут его было просто ну очень много. На весь мир. Прямо до горизонта. До самого неба. Лежал ровным ковром, точно рассыпанный на стекле. Песок пах летом и жарой. И почему- то немного кошками, как в дворовой песочнице. Было легко и весело. Как в праздник. Как в утро Нового года. Но вместе с тем где-то в глубине души затаился маленький обрывок тревоги. И, кажется, он рос. Девочка прислушалась к самой себе. Да. Не ошиблась. Кажется, сейчас она начнет бояться. Чуть позднее. Но пока ничуть не страшно. Беспокойно только. Внезапно вся эта ровная плешина песка стала морщиться, бориться и покрываться складками, как старая кожа. Хотя ногами никакой вибрации не ощущалось. Одновременно росла тревога. Даже 118
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4