зелёные ёжики с белыми мордочками, с зарослей сви- сают плоды. Ещё не близко то время, когда они, дозрев и высохнув, разбросают Семена вечно возрождающейся по весне жизни. Чуть выше по косогору верхушки высо- ких стеблей иван-чая, не желая верить в грядущие заморозки, красовались розовыми цветами и нарастающими бутонами. И только высохшие репьи и луговой осот, увенчанный семенным пухом, подтверждали, что осень уже не за горами и всякой красе - своё время. Но при- тягивающий насекомых лёгкий аромат цветов иван-чая сохранялся в прогретом воздухе. Его ещё не в силах были заглушить запахи остывающей земли, воды и преющих трав. Расширившаяся и поутихшая в этом течении протока несла клочья пены и листья. На воде показалась плывущая на чём-то ворона. Временами нагибая голову, она клевала своё плавсредство. Невольно подумалось: птица плывет на человеческом трупе. Вопреки законам продолжающейся жизни, разыгравшаяся неделю назад в верховье людская драма являет страшные следы человеческих пороков. Но нахлынувшее страшное видение отпустило сознание. По реке плыла крупная расклёванная рыбина, удачная находка для хищницы-вороны. - Пришли, Олег... Вот моё давненько облюбованное местечко на вынесенных в высокий паводок лесинах. Для того, чтобы понять что-то про себя, прихожу пообщаться с рекой. Здесь и посидим, на воду посмотрим. Продолжим праздновать крестины и поговорим. Не посмела я в селище надолго отвлекать от дел занятых людей. На крупном куске дубовой коры появился вынутый из корзиночки жбан ядрёного кваса, кружки, жито, копчёная стерлядь, варёные рябчики и наиболее ценный продукт на Владимирщине - соль. Глядя на приготовления своей состоявшейся родственницы, воевода заговорил: - Исстари соль завозилась в эти земли новгородскими варяжскими купцами. Варяги - не национальность, а некое сообщество деловых отважных людей. Варяжить, о_ < 53 х х 21 го О о_ о. сX* 0о3 О) <
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4