«г ■», ^ \ { 293 ■Т скому ученію и дѣламъ тьмы. Теперь, говорилъ онъ, Господь меня самого обратилъ на путь покаянія и истины, и я васъ всѣхъ умоляю прекратить всякія сборища и вечеринки и разойтись другъ отъ друга, жить въ законномъ супружествѣ и дѣвствѣ, какъ прежде жили. При этомъ онъ подробно разсказывалъ имъ, какъ угрожали задушить его бѣсы въ ту ночь, когда онъ задумалъ покаяться. Выслушавъ увѣщанія, собранные приходили въ ужасъ и слезно плакали, искренно во всемъ каялись предъ священникомъ и давали письменныя увѣренія, что впредь не будутъ собираться, ; учить другихъ и слушать кого либо учащаго, и отъ души благодарили бога, не допустившаго ихъ погибнуть. Всѣхъ | учениковъ Гурова нашлось и обращено болѣе 300 человѣкъ». , Всѣхъ нами убѣжденныхъ во всѣхъ мѣстахъ но даннымъ намъ ими подпискамъ оказалось до 700 человѣкъ. Послѣ , сего мы всѣ трое возвратились въ свои мѣста... Въ числѣ обратившихся на путь истины были и всѣ I извѣстные главные помощники балабанова. Казакъ Михей ' Ильинъ, послѣ раскаянія, велъ жизнь благочестивую и сподо* | бился назидательной для всѣхъ, знавшихъ его, кончины пра- і ведника. Онъ, иовидимому, совершенно здоровый испо- вѣдывался, пріобщился и елеосвятился, простился со всѣми, легъ и померъ. Послѣ поѣздки въ Белебѣевскій уѣздъ, балабановъ поселился въ своемъ семействѣ. Полнаго мира душевнаго онъ не могъ, однако, достигнуть. Ему хотѣлось принести богу плоды покаянія, достойные своего паденія. Онъ не переставалъ плакать о своемъ бывшемъ заблужденіи. «Мнѣ было стыдно за себя, говоритъ онъ- ничто меня не утѣшало; я думалъ, что тогда только и умиротворюсь душею, когда, оставивши мірскую жизнь и суету, удалюсь въ монастырь, чтобы тамъ плакать до конца жизни о тяжкихъ своихъ грѣхахъ». Но жена его не отпускала отъ себя. Ей, въ самомъ дѣлѣ, было такъ прискорбно безъ него, такъ трудно быЛО 7КІ1ТЬ... Прошло четыре года, а балабановъ не терялъ наде*жды :когда, нибудь уйти въ монастырь. Онъ постоянно упрашивалъ^ »ГѴв і
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4