66 — * * * Въ самый ужасъ мрачной битвы Мечъ изломанъ, щитъ разбитъ. Ни задора, ни молитвы. Горесть душу холодитъ. Торжествуетъ побѣдитель. Замерла рука бойцовъ. Мчатся въ горнюю обитель Души павшихъ хрбрецовъ. Тишина въ забитомъ станѣ. Побѣжденный цѣпь несетъ, Полный думъ о смертной ранѣ, О быломъ своихъ свободъ Только я на смолкшемъ полѣ. Горесть душу холодитъ. Нѣтъ ни воли, ни неволи. Мечъ обломанъ, щитъ разбитъ. ^ 'и * Только скрылась ты—тихая, кроткая, Только смеркло пожатье руки— Отлетѣла улыбка короткая, Сердце вновь холодѣетъ съ тоски. И считаетъ и больно и бѣшено Сколько долгихъ минутъ переждать. И застонетъ—никѣмъ не утѣшено, И считаетъ, считаетъ опять. Новой встрѣчи ужъ ждетъ съ самыхъ проводовъ И не слышетъ, не хочетъ признать— Ни разсудка, ни воли, ни доводовъ. И считаетъ, считаетъ опять. А какъ встрѣтимся зорьками бѣлыми,— Въ сердцѣ кровь, какъ волна, холодна: Ему, грустному, взорами смѣлыми Сквозь свиданье разлука видна.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4