— 38 Изь тихой прелести молитвъ Ея вечернихъ—цѣломудренныхъ Создамъ я щитъ для тихихъ битвъ, Для тихихъ битвъ смирениомудренныхъ. Въ смиренномъ духѣ Божество, Въ сознаньѣ правды и ничтожества, Въ смиреньѣ мудрыхъ—торжество, Гдѣ нѣтъ ни тлѣна, ни убожества. Кричи, гордецъ. И ты, и міръ— Лишь отражаете вселенную, Вы лишь пыльцой взяты въ эфиръ И жжете жизнь свою мгновенную. Ты ничего не создавалъ— Ты отразилъ законъ предвѣчности. Ты тотъ же временный кристаллъ, Что каплей канетъ въ безконечности. Изъ тихой прелести молитвъ Ея вечернихъ—цѣломудренныхъ Для тихихъ битвъ смирениомудренныхъ Создамъ я щитъ... для тихихъ битвъ. * * Вечеръ полонъ бѣлой думы О какихъ-то старыхъ даляхъ... Умирая, гаснутъ шумы. Бѣлый паръ лежитъ на таляхъ. Сердце ловитъ пѣсни въ старомъ, Хочетъ пѣть, какъ раньше пѣло, И какимъ-то юнымъ жаромъ Съ старыхъ пѣсенъ закипѣло. Захотѣлъ я темной тучи. Злобной бури, грозной жути, Чтобъ стрѣла рвалась могуче Съ затаенно-страшной крути.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4