— 37 — А за слезы прости и, простивъ, поцѣлуй,— Чтобы твой поцѣлуй могъ отъ боли спасти. Вѣрь, что въ этихъ цвѣтахъ я молился тебѣ— Королевѣ моей и—безвольной рабѣ... ОСЕНЬ. Вспышка пѣсни солдатъ— Словно безпріютная... Каждой вѣткой плачетъ садъ. Даль такая мутная. Глухъ и дикъ крикъ воронъ Въ тучахъ надъ березами. Не подаритъ небосклонъ Ни лучемъ, ни грозами. Молча спитъ темный боръ, Кѣмъ-то заколдованный. Осень сузила просторъ Золотомъ окованный. И въ душѣ—нѣтъ нИ бурь, Ни веселья яснаго: Все взяла съ собой лазурь Прошлаго... прекраснаго. * Темная ноченька. Робкія, грустныя— Звѣзды чуть блещутъ надъ спящимъ прудомъ. Имъ не понять, что таится-скрывается Въ сердцѣ моемъ. Что имъ до сердца? Такія-жъ холодныя, Какъ эта ночь, этотъ стихнувшій прудъ,— Какъ онѣ всмотрятся въ волны желанія, Какъ онѣ сердце поймутъ. Сердце пойметъ въ грустный часъ увяданія Только осенняя роза одна, Да и она, какь завянетъ, иопрежнему Будетъ къ нему холодна.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4