Вигилянскій и Гортулянскій прожили на одной квартирѣ, а по окончаніи курса женились на родныхъ сестрахъ и получили приходы въ одноверстномъ разстояніи; но это не все. У Вигилянскихъ былъ только единственный сынъ и у Гор- тулянскихъ тоже. Сынъ Вигилянскихъ прекрасно учился и окончилъ духовную академію и сынъ Гортулянскихъ также. На тридцать шестомъ году іерейства о. Іоаннъ Вигилянскій получилъ скуфью, въ этомъ же самомъ году и отецъ Іоаннъ Гортулянскій получилъ эту вожделенную для многихъ священниковъ награду. Надѣвая въ первый разъ награду на свою главу, о. Вигилянскій смиренно помыслилъ: „Господи, за что Ты превознесъ меня недостойнаго4, а о. Гортулянскій при первичномъ возложеніи скуфьи на главу, слезно произнесъ: „Господи, грѣхи мои превзыдоша главу мою, а Ты всеблагій благоволилъ украсить ее недостойную4. Если въ дѣлахъ такого экстраординарнаго характера существовало такое единомысліе у отцевъ Іоанновъ, то въ житейскихъ потребностяхъ единеніе было еще большее. О. Іоаннъ Вигилянскій любилъ предъ обѣдомъ выпить рюмочку трефоле- вой настоички, по его объясненію, стомаха ради, и отецъ Іоаннъ Гортулянскій той же самой настойки выпивалъ точно такую же предъобѣденную рюмочку, объясняя свою привычку тѣмъ, что вино веселитъ сердце человѣка. Естественно, что при такомъ единомысліи батюшки-своя- ки жили душа въ душу, хотя матушки, не смотря на единоутробное родство, нерѣдко ссорились изъ-за незначительныхъ пустяковъ. Но эти тучки въ отношеніяхъ сестеръ ни мало не нарушали свѣтлаго фона взаимныхъ отношеній свояковъ. Въ вѣдомствѣ ихъ прозвали въ шутку: „отцы Иваны4, да такъ въ глаза и за глаза называли, и обоихъ вмѣстѣ и въ одиночку: „отцы Иваны". И на это названіе ни Вигилянскій, ни Гортулянскій никакихъ обидчивостей не проявз 33
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4