8 но встрѣтился съ іеродіакономъ Иларіономъ. Старецъ чрезвычайно обрадовался, увидѣвъ бывшаго Іоанна уже въ монашескомъ званіи, и просилъ его на жительство въ свою пустынь, припоминая ему его собственный обѣтъ. Иларіонъ далъ слово. Вскорѣ послѣ того случилось вотъ какое произшествіе: Коломенскій епископъ Павелъ, за упорство относительно исправленія церковно-богослужебныхъ книгъ, сосланъ былъ на заточеніе въ Новгородскіе предѣлы. Онъ приглашалъ къ себѣ и родственника своего Иларіона: но этотъ, исполнивъ возложенныя на него Павломъ нѣкоторыя порученія, отправился во Флорищеву пустынь. Уже путникъ достигъ Гороховскихъ предѣловъ. Идя лѣсомъ едва примѣтною излучистою тропинкою, Иларіонъ издали увидѣлъ двѣ, знакомыя ему, бревенчатыя кельи и заплакалъ отъ радости. На то время старецъ Меѳодій сидѣлъ возлѣ кельи и смотрѣлъ вдаль, какъ будто ждалъ къ себѣ кого-то. Изъ-за чащи лѣсной показался молодой человѣкъ въ монашеской одеждѣ и съ котомкою за плечами. Старецъ тотчасъ узналъ въ немъ Иларіона, давно имъ ожидаемаго. На лицѣ молодаго человѣка оставались еще слезы, когда онъ приблизился къ жилищу пустынниковъ. Старецъ понялъ значеніе этихъ слезъ и внутренио возблагодарилъ Бога, что Онъ посылаетъ къ нимъ во время благо- потребнаго человѣка. Отъ преизбытка духовной радости и какъ-бы въ духѣ пророчествснномъ, онъ тогдаже сказалъ Иларіону: «да будетъ тебѣ извѣстно, что хочетъ Богъ тобою сіе святое мѣсто прославить и иноковъ множество здѣсь собрать». А тогда было только четыре человѣка—- тѣже самые, которыхъ Иларіонъ видѣлъ, будучи еще міряниномъ. Къ нимъ присоединился—было еще одинъ монахъ Іона, но опять скоро ушелъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4