Щ3 г 153 свѣжаго. Сами ученики проводили тогда внѣклассное время і на дворѣ и на улицѣ, спали въ различныхъ амбарахъ, сараяхъ, на сѣновалахъ. Порчѣ воздуха содѣйствовало и I неопрятное содержаніе квартиръ. Хотя полы и мылись каж- і дую субботу, но такъ какъ и хозяева, и квартиранты, считали для себя калоши недоступною роскошью, то чрезъ день же, послѣ мытья пола, онъ покрывался слоемъ грязи, которая и оставалась до будущей субботы. Если принять во вниманіе, что на этоаіъ полу, подметенномъ вѣникомъ, ученики и спали, то неудивительно будетъ, что различныя накожныя болѣзни, какъ то: чирьи, нарывы, чесотка, встрѣчались на ученикахъ нерѣдко. Случаевъ же грудной болѣзни—чахотки въ лѣтописяхъ училища не записано ни одного. Квартиры учениковъ въ описанномъ видѣ существовали до недавняго времени. Ревизовавшій училище въ 1875 году членъ—Ревизоръ Учебнаго Комитета И. К. Зинченко такъ отозвался въ своемъ отчетѣ объ ученическихъ квартирахъ: «Ученики живутъ въ самыхъ неблагопріятныхъ условіяхъ. Они размѣщены на квартирахъ тѣсныхъ, грязныхъ, и затхлыхъ. Есть такія квартиры, въ которыхъ всего одна кровать на 9 человѣкъ, а встрѣчались и такія, гдѣ не было и одной кровати». Другой ревизоръ С. И. Миропольскій, ревизовавшій училище въ 1879 году, о томъ же предметѣ писалъ въ своемъ отчетѣ слѣдующее: «Квартиры тѣсны, грязны, сыры, темны; спятъ ученики на полу, на грязныхъ войлокахъ, иногда-на полатяхъ; простынь нѣтъ; наволочки моются 2—3 раза въ годъ; засаленныя одѣяла весьма неопрятны. Живутъ они на квартирахъ группами отъ 7 до 10 человѣкъ, нерѣдко совмѣстно съ хозяевами, у которыхъ есть маленькія дѣти». Нужно, впрочемъ, замѣтить, что сказанные г.г. ревизоры описали только худшія квартиры. Во время ихъ ревизій многія квартиры были, по своей обстановкѣ, уже ! весьма удобны и опрятны. Чѣмъ же объяснить, что родители, видя убогую обстановку ' Т, 3 ^ ^ ц_3
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4