[п 139 і нымъ усердіемъ, чтобы задобрить начальниковъ и наставниковъ и выпросить у нихъ за свое усердіе, въ теченіе мѣсяца, побольше рекреаціонныхъ дней. 1-го мая, обыкновенно, давалась рекреація, о которой еще съ вечера, наканунѣ, между учениками шли нескончаемые разговоры, какъ о самомъ пріятномъ предметѣ. Съ томительнымъ ожиданіемъ ложились они на свои жесткія постели, мысленно молясь Богу, чтобы Онъ назавтра далъ природѣ хорошій денекъ. Мысли, одна другой пріятнѣе, о предстоявшихъ удовольствіяхъ заставляли радостно биться ихъ дѣтскія сердца и долго не давали имъ сна. Уже поздно, поздно, съ отрадной надеждой и съ счастливой улыбкой на устахъ, они засыпали. Сонъ ихъ въ эту ночь бывалъ непродолжителенъ, Лишь только занималась утренняя заря, они уже просыпались. Умывшись и помолившись Богу, они бѣжали на улицу посмотрѣть, ясно ли небо, и нѣтъ ли на немъ облаковъ. Небо оказывалось яснымъ; нигдѣ не видно было ни облачка. Заря окрасила его пурпуровымъ цвѣтомъ. Скоро и свѣтило дня, точно огненный шаръ, въ торжественномъ покоѣ выступало изъ за горизонта. Всюду проникали живительные, теплые лучи его, а между тѣмъ ранній часъ утра поддерживалъ въ воздухѣ прохладу и сообщалъ ему особую свѣжесть. Роса сверкала еще повсюду. Ученики не уходили уже въ свои квартиры. Вскорѣ послышалось и пѣніе птицъ: въ городскихъ садахъ съ нѣжными переливами запѣли малиновки, чижи, щеглы. Они выводили свои коротенькія колѣнца, не торопясь, и словно прислушивались потомъ, какъ это у нихъ вышло. Скоро жужжаніемъ, пис- хЧбЙѢ й чиликаньемъ, наполнялся недвижимый воздухъ. Вдали, надъ-’ Шйями, слышалась пѣснь пѣвца весны—жаворонка. '‘СШ’нѣіб'Й-бднйм'алось все выше и выше, и ни одна тучка не омрІч'Шгй! нёб'аѴ Радостная надежда охватывала приэгомъ / УРеиоуЩеФгйіі’Ш'ііъ'іи'й'бівѣ, и они, веселые и радостные, от- нпТеШдЙ6ь часШъ1 въ 6 ^Ѣра въ училище. Авдиторы прот
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4