Другой случай бѣгства изъ училища былъ еще интереснѣе. Причиною его оказалась разлука съ товарищами по училищу и 'земляками. Дѣло было такъ.—Въ 50-хъ годахъ учились въ училищѣ три ученика, урожденцы одного села. Двое изъ нихъ, по окончаніи курса въ училищѣ, переведены были въ семинарію, а третій N перешелъ еще только въ высшее отдѣленіе училища. 1-го сентября первые двое уѣхали во Владиміръ, а третій въ Шую. Ііевидя кругомъ себя близкихъ лицъ, съ которыми до того времени, и на родинѣ, и въ училищѣ, привыкъ дѣлить и радость, и горе, удовольствія и печали, ученикъ N почувствовалъ такую тоску, что, безъ ихъ присутствія, онъ не могъ жить въ Шуѣ, особенно въ началѣ учебнаго года. Его воображенію представлялись дорогіе образы сказанныхъ товарищей; рисовались картины ихъ прежней, дружеской, совмѣстной жизни; друга, которому бы онъ могъ повѣрить свое горе, и который бы замѣнилъ ему прежнихъ друзей и усладилъ бы горечь разлуки съ ними, среди учениковъ училища у него не было. И вотъ онъ рѣшается, во чтобы то ни стало, увидѣть прежнихъ друзей; оставляетъ училище и отправляется во Владиміръ, чтобы облегчить тамъ свою тоску свиданіемъ съ милыми товарищами, не обращая вниманія на горькія послѣдствія этого путешествія. Въ лѣтнемъ пальто, Фуражкѣ и брюкахъ, заправленныхъ за голенищи кожаныхъ сапоговъ, съ домашней лепешкой въ карманѣ и безъ гроша денегъ, предпринялъ онъ путешествіе въ городъ, отстоящій отъ Шуи на 110 верстъ. Дороги, которая ему была совершенно не знакома, онъ не страшился, вѣруя въ пословицу: «Языкъ до Кіева доведетъ». Къ счастію, погода путешествію его благопріятствовала: была теплая, ясная и сухая. На поляхъ встрѣчались еще (въ сентябрѣ) запоздавшіе крестьяне, убиравшіе сжатый ячмень или скошенную гречиху. Разспрашивая ихъ о направленіи дороги, N спокойно переходилъ изъ деревни въ деревню, утоляя, по временамъ, свой голодъ по-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4