b000002657

26 Часть первая. До Революции Например, Тэффи пародирует мой люби- мый совет об украшении кости кокардой из бумаги: Какой бы скверный окорок у вас ни был, хоть собачья нога, но раз вы намерены им разговлять - ся, а в особенности разговлять своих гостей, вы обязаны украсить его стриженой бумагой. Какую взять бумагу и как ее настричь, это уж вам должна подсказать ваша совесть. Антон Павлович в «Календаре Будильника» от 1882 года предлагает такое экзотическое меню: 1) Щи с щеглами. 2) Дубоносы фри. 3) Чижи под соусом. 4) Грудной чай с мёдом. 5) Мороженое из снегирей. (Сей обед в книге г-жи Ольги Молоховец на - зывается «обедом певчих») Смешно, нелепо, выспренне? Оказывается, Елена Молоховец была дамой чрезвычайно про- двинутой для своего времени: она думала о чи- стоте и гигиене, о нравственности и удобстве прислуги, об экономии и рациональном ведении хозяйства. Она предлагала сделать спальное ме- сто для кухарки в виде откидной полки, которая крепилась к стене. Кухарка должна была спать на матрасе, набитом морскими водорослями. Стены и потолок кухни надо было покрасить светлой масляной краской. Помещение должно быть просторным и хорошо вентилируемым. Предусматривалось множество систем для хра- нения, как в ИКЕА. Чистота и порядок в кухне– залог здоровья и благополучия семьи. Позже, в рассказе Чехова «Невеста» от 1902—1903 года я обнаружила описание ти- пичного кухонного быта тех лет: Сегодня утром рано зашел я к вам в кухню, а там четыре прислуги спят прямо на полу, кроватей нет, вместо постелей лохмотья, вонь, клопы, тараканы… Так что книга Молоховец была передовой для своего времени и выдержала 29 изданий ещё при жизни автора. Она до сих пор пере- издаётся в разных форматах, начиная с ре- принта объемом в тысячу с лишним страниц и заканчивая тоненькими книжечками типа «Из кулинарных советов графини Молоховец». Помимо драгоценной книги рецептов, у бабули Нины оставались предметы утвари точь-в-точь, как на рисунках в разделе «При- надлежности кухни и кухонная посуда вообще». Наверное, они тоже перешли ей в наследство от матери. Медные тазы и лопатки, ступка с пестиком, волосяные сита разных размеров довольно долго сохранялись и даже исполь- зовались, пока, к началу XXI века, не пришли в полную негодность. Книгу сдали в антиквариат, предметы утвари выбросили или продали на Авито, а Молоховец навсегда осталась там – в веке девятнадцатом. В загадочном, медлительном, навсегда исчезнувшем мире, где не слыхали о ГМО, полуфабрикатах и фаст-фуде. Для меня это была реальная связь с тем временем, когда мои прапрабабушки запросто могли потратить тридцать часов на кулич, а он ещё и не выходил таким, каким надо.