Хотя Коммодъ совершенно былъ увѣренъ , что заговоръ сей не простирался далѣе дворца, но слова убійцы такое сдѣлало на него впечатлѣніе . что съ того времени онъ началъ подозрѣвать , а потомъ и .ненавидѣть Сенатъ. Тѣхъ, коихъ опасался прежде въ званіи Министровъ , началъ считать тайными врагами. Гнусное племя донощиковъ , почти истребленное въ предъидущія царствованія, снова появилось ; оно размножалось по мѣрѣ покровительства и одобренія , оказываемыхъ ему Императоромъ. Ихъ рвеніе , возбуждаемое богатыми наградами , искало по всюду жертвъ. Строгая добродѣтель почиталасъ безмолвною хулою пороковъ Государя ; важныя заслуги обнаруживали опасное для тирана превосходство ; дружба родителя (Марка Аврелія) была достаточною причиною ненависти сына. Въ сіе бѣдственное время подозрѣнія замѣняли доказателъства и улики ; осужденіе слѣдовало немедлѣнно за обвиненіемъ. Смерть Сенатора влекла за собою гибелъ всѣхъ , кои оплакивали его кончину , и которые моглибы отомстить за него. Коммодъ , обагрившись однажды кровію подданныхъ , сдѣлался недоступнымъ угрызенію совѣсти и чувству жалости. Между всѣми жертвами его тиранства , наиболѣе сожалѣли о
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4