— 6 2 ботъ, изнурили его силы. Память Аврелія была драгоцѣнна потомству , и долго послѣ его смерти во многихъ домахъ ставили его изображенія вмѣстѣ съ домашними богами. Вѣкъ , протекшій отъ смерти Домиціана до возшесгпвія на престолъ Коммода , можетъ справедливо назваться щастливѣншимъ для рода человѣческаго (4), Неограниченная власть, тяготѣвшая надъ Римскою Имперіею , смягчалась мудростію* и доблестями Государей у четыре Императора , слѣдовавшіе другъ задругомъ , отправляли правосудіе съ величайшимъ безпристрастіемъ , и удерживали войско въ повиновеніи одною твердостію , умѣряемою кроткою снисходительностію. Формы правленія соблюдались рачительно , свобода царствовала по крайней мѣрѣ по наружпости , и сю Государи , неограйиченные и сильные , почитали сами себя служителями Государства. Они безъ сомнѣнія находили награду трудовъ въ своихъ успѣхахъ и въ удовольствіи созидать общественное благо ; но сіе чистѣйшее и благороднѣйшее наслажденіе, безъ сомнѣнія, отравляемо было печальными размышленіями о будущемъ ; непостоянство вещей человѣческихъ заставляло ихъ справедливо страшиться переворота въ существующемъ порядкѣ. Развращенное
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4