/ — 56 — несшало, и Клавдій явилъ при сомъ случаѣ свою умѣренность , простилъ великодушно виновныхъ, и имѣлъ благоразуміе предагаъ забвенію поступки, за которыя могъ бы мстигпъ .жестоко. Августу угрожала опасность несравненно большая всѣхъ тѣхъ , которыя онъ дотолѣ отклонялъ столъ успѣшно ; она состояла въ необузданности самаго войска , на которое нельзя было совершенно положиться. Похищая верховную власть, Августъ явилъ воинамъ примѣръ нарушенія Государственныхъ постановленій; онъ быль уже разъ свидѣтелемъ и едва не жертвою ихъ мятежнаго изступленія , и трепеталъ отъ страха, что не могъ смирить ихъ буйства , бывши самъ долгое время виновникомъ онаго. Августъ принялъ благое намѣреніе возстановить подчиненность во всей ея строгости, и общее предубѣжденіе въ пользу величества и знаменитости Сената, облеченнаго наружнымъ блескомъ могущества и поставленнаго отъ него посредникомъ, между нимъ самимъ и войскомъ, содѣйствовало много къ утвержденію его власти на прочномъ основаніи и къ безусловному повиновенію легіоновъ. Сіи благоразумныя и хитрыя мѣры удаляли до самой смерти Коммодовой опасности, неразлучныя Съ военнымъ самовластіемъ. Въ кратко-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4