Часть осьмая Второй главной законѣ еете ства «сшь «ИирЪ272 возмогши инымЪ образомЪ получить пропитанія , сЪѣстЪ собственное свое дитя, не взирая «а то, что естество насадило вЪнасЪ кЪ дѢтямЪ нашимЪ толикую любовь» Такіе злощасшные люди достойны сожалѣнія , а не наказанія, да и вЪ городѣ во время осады дѣйство сіе не мо- жетЪ быть истязано , ежели никакого пропитанія больше не останется; хотя притомЪ и содержу , что за ужасное сіе дѣло т ѣ сЪ основаніемъ наказаны быть долженсшвуютЪ , которые жестоковыйною своею обороною всякое уваженіе человѣчества ни во что вмѢнивЪ , шакое состояніе причинятЪ. Но какЪ между тѢмЪ сей естественной . закОнЪ ни неограниченъ ь однако разумЪ свойственно долженЪ дѣлать прямое онаго употребленіе , научая насЪ, избирать средство пропитанія нашего такимЪ образомЪ , чтобЪ оной соотвѣтствовалъ благонравію и обычаямЪ то я земли, и чтобы впрочемЪ не- призлекЪ непріязни и гоненія другихЪ людей , иЪ гражданскихъ же учрежденіяхъ наказанія отЪ правительства. 194* Когда мы иредставимЪ себѣ человѣка вЪ состояніи естественныя вольности внѣ всякаго общества ( §. 4. ) ; то страхЪ есть второе его естественное побужденіе. Самоохраненіе дѢлаетЪ ему непрестанное о жизни попеченіе , и малѣйшая кажущаяся опасность возбуждаетЪ вЪ немЪ вниманіе, а чрезЪ то и страхЪ ; и какЪ онЪ вездѣ, кромѣ слабости своея ничего не ощущаетЪ, то страхЪ сей еще больше усугубляется. Про- зидѣніе Создателя, снабдившее жизнь человѣческую, кромѣ побужденія кЪ самоохраненію будто бы второю преградою , и изЪ далече научающее ошЪ зсдкаго страха, насадило вЪ немЪ ошвра-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4