появились предЪ сими палатами. Рѣчь ихЪ веема отмѣнялась отЪ народной: она была сЪ мѣрою, высокая и согласная. Никто не спалЪ, всѣ слушали во глубокомъ молчаніи, которое прерывалось токмо нзЪявленіемЪ общаго удовольствія и удивленія, должность Государей, любовь добродѣтели , опасность страстей, были выражаемы толь живымЪ и толь чувствительнымъ дѣйствіемъ, что БабукЪ пролилЪ обильныя слезы. ОнЪ не сомнѣвался, чтобЪ сіи Герой и Героини, сіи Цари и Царицы , которыхЪ онЪ слу- шалЪ, ие были государственные проповѣдники. ОнЪ вознамѣрился подозвать самого Іпгуріила пріити ихЬ слышать, увѣряяся подлинно, что такое зрѣлище примиритЪ его на вѣки сЪ городомъ По окончаніи сего празднованія хо- тѣдЪ окЪ видѣть начальную Царицу, которая говорила вЪ сихЪ преизряднмхЪ пала- тахъ толь превосходное и толь чистое нравоученіе, и просилЪ чтобЬ ввели его кЪ ея Величеству. Повели его вЪ верхЪ, па маленькой лѣсенкѣ, вЪ покой худ сѣ убранный, гдѣ увидѣлЪ онЪ женщину худо одѣшуюв которая говорила ему видомЪ благороднымъ, но жалостнымЪ: сіе ремесло не приноситъ мнѣ здѣсь, чемѣ бы могла а жить. ОтЪ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4