18 Ругаясь злобно для забавы, Твердятъ всечасно: "Гдѣ жь твой Богъ?" Но я, я знаю Твой чертогъ! И ясно видятъ сердца очи Сію таинственную сѣнь, Гдѣ Твой, безъ солнца и безъ ночи, Горитъ, не погасая, день! Я вѣдаю Твое селенье: Туда души моей полетъ Влечетъ святое умиленье . . . Какъ тихъ незаходимый свѣтъ Кругомъ обителей священныхъ! Я часто, духомъ восхищенный, Летаю въ Твой надзвѣздный домъ! Почто жь въ душѣ моей тревога? Мятусь и страхомъ и стыдомъ. Моя судьба въ рукахъ у Бога: И что мнѣ можетъ человѣкъ? Какъ день осенній, пусть мой вѣкъ Проходитъ смутенъ и умаленъ: Тоска — мой хлѣбъ ; питье — изъ слезъ ; Я на землѣ хожу печаленъ. Но тайный гласъ святыхъ небесъ И несгараемы свѣтилы
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4