XXXVII Остальная Лербергова жизнь текла спокойно, и не представляетъ Жизнеописателю его важныхъ произшесгпвіій. Большая часть оной посвящена была принятому имъ на себя возпитанію дѣтей Г. Бока и не за долго только до окончанія онаго сдѣланъ онъ въ 1807 г. адъюнктомъ , а вскорѣ послѣ и екстра- ординарнымъ академикомъ Им. С, Петербуржской академіи наукъ; но прежде сего , былъ онъ однимъ изъ самыхъ свѣдущихъ членовъ ученаго отдѣленія филантропическаго общества , учрежденнаго въ 1803 г. въ С. Петербургѣ для лучшаго образованія призрѣнія бѣдныхъ. Онъ доставилъ, оному нѣсколько превозходныхъ разсужденій, въ коихъ преимущественно разматривалъ Англинскіе учрежденія для вспомоществованія бѣднымъ. — Но тихая жизнь Лерберга была необыкновенно дѣятельна; стоитъ прочесть только часть егп писемъ, что бы увидѣть , что былъ онъ въ состояніи сдѣлать и что сдѣлалъ «верхъ образованія своихъ возпитанниковъ и собственнаго своего ученія , какъ вѣрно понималъ онъ все , и какъ благоразумно разполагалъ всѣми дѣлами г до него доходящими г какого бы рода они ни были , денежные ли , примиреніе ли , сношеніе ли съ крестьянами , съ подчиненными или сотрудниками ; и какъ все ему удавалось, кромѣ только одного сохраненія собственныхъ выгодъ; вотъ, по чему многіе искали его знакомства , совѣта и дѣятель>- ,наго пособія. Также и праздные люди , привлекаемые великимъ его даромъ бесѣдовать и прият н остію обращенія , стекались къ нему и отнимали у него драгоцѣнное время. Неограниченная его еннзходителыюсть не допуіцала его никогда отказывать человѣку , для него впрочемъ скучному , и приятное чувство , что пожертвованіемъ времяни сдѣлаетъ удовольствіе , также мысль , чгно такой человѣкъ можетъ же завтра или нынѣ быть } потребленъ въ пользу, препятствовалъ ему изъявлять малѣйшее неудовольствіе. Л ербергъ всегда былъ ласковъ, не на словахъ только, а на самомъ дѣлѣ , огпъ истинно добраго сердца. О немъ можно сказать то же , что д’Аламбертъ сказалъ о фенелонѣ, что
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4