т ■ = * крайнею ненавистію , какъ тогда, такъ и во всю ею жизн ь Здѣсь надлежитъ разсмотрѣть , что должно думать о по* ступкѣ Манліевой, которой немилосерднымъ образомъ казнилъ своего сына за то , что онъ дрался съ непріятелемъ, въ противность его повелѣнію, должно ли ее почитать за доброе и похвальное дѣло , или за чрезвычайную жестокость , на которую нѣтъ довольнаго проклятія, потому что она простерлась до самаго варварства. Н ельзя надивиться довольно, видя въ одномъ человѣкѣ два свойства со всѣмъ противныя , т о есть благородную любовь къ своему отцу, которой содержалъ его худо, и безчеловѣчную жестокость къ сыну; коего вина состояла въ одномъ неумѣренномъ желаніи славы, которое по его лѣтамъ могло быть простительно. Смѣлая и опасная поступка Манліева, въ спасеніи своего отца, показываетъ ясно, чт о сердце его было не злобно, и способно къ той чувствительности , которую подаетъ намь натура и человѣчество. И такъ надлежитъ искать другой причины такой его поступки съ своимъ сыномъ. Ревность къ своему о т е честву7 , кот орое обожалъ онъ , преодолѣло въ немъ чувства нат уры и любовь отца къ сыну7. Манлій былъ от ецъ; но онъ же былъ и Консулъ. Онъ любилъ своего сына , а больше того своз отечество, которое Римляне почитали за бога , и думали , что должны они были все приносит ь ему въ жертву ; къ чему они обязаны были и закономъ, которой управлялъ ихъ должностью. Боги у нихъ имѣли первую степень почтенія , отечество другую , а взаимныя должношеи между собою отцовъ и сыновей третью . Когда случалось у Римлянъ , чт о сіи двѣ послѣднія должности противоборствовали между собою; а чтобъ дать преимущество отечеству, шо надлежало имѣть крѣпость духа, или лучше сказать, нѣкоторое звѣрство , кот ороебъ заставило молчать природную чувствительность въ человѣкѣ , такъ крѣпко
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4