b000002542

— С кем? / — С Роменом. — С каким? — Ролланом. — Товарищи, прошу относиться к делу серьезнее,— сказал Крутов. — У нас еще не исчерпана повестка. Собрание продолжалось. Голос Ларисы становился увереннее. Хотя ей сегодня и нагорит за многие про- махи, но в юсовской команде, несмотря на всяческую шелуху паролей, признали, говоря словами Андрея, здо- ровое ядро. МИЛАЯ Институтская медсестра Ефро- ТЕТЯ синья Ивановна, а попросту тетя ФРОся Фрося, добродушная толстая жен- щина в белом халате и с сумкой через плечо, чуть не с ночи отправилась обходить обще- житие. Постучится для порядка, толкнет дверь — у сту* дентов не было такого, чтоб запираться на ночь, — вой- дет и повернет выключатель. Ребята спят как убитые. Ни у кого даже веко не дрогнет. Подошла к столу, набрала в стакан воды из графина, потом вытряхнула на ладонь несколько серо- ватых таблеток. — Поснитесь, о вас медицина беспокоится, — сказа ла тетя Фрося и мягким кулаком с зажатыми в нем таблеткамп принялась расталкивать Анатолия. Тот по- тянулся, открыл глаза и тут же снова зажмурился от' света. «Ы-ы-ы...» — замычал, зевая. Сестра ловко по- ложила ему на язык таблетку и поднесла стакан. Анато- лий, сонный, с закрытыми глазами, судорожно глотнул, повертел головой, притерся помягче к подушке и тут же заснул снова — как провалился. Вадим эту ночь спал плохо: сны одолели. Сидит^ он будто в столовке, и приносят ему большой алюминневый таз, полный пельменей. И все это он обязан съесть один. «Худой, а до чего жрать здоров!» — произносит кто-то. А другой подходит сзади, до боли сжимает ему плечо, трясет и спрашивает свистящим шепотом: «Как ваша настоящая фамилия? Почему скрыли?» Вадим схватывается и, сидя, таращит глаза на тетю Фросю. Большое белое пятно... Никак не поймет спро- сонок.