b000002542

— Сатин очень любил петь. А песня «Солнце всходит и заходнт» была в ночлежке самая любимая. — А кто еше как думает? — Позвольте мне, — раздался добрый бас. Антонине ААихайловне приходится смотреть на ѵчени- ка снизѵ вверх. Парень пришел в школу недавно. Догпал ее в копидоре и пробасил: «У вас кадры все укомплек- тованы?» — «Вопрос о кадрах решает районо». Тогда он потише, уже застенчиво уточнил: «Хотел бы учиться в десятом классе». — «Ах, ученик. Причем же тут кад- ры?» — улыбнѵлась Тоня. Оказался лишь двадцать ше- стого года рождения. А теперь, гляди-ка, этот парень с видом шахтера, с нескладной речыо, проявляет хорошее художественное чутье. — Да, ребята, песня «Солнце всходит и заходит» бы- ла любимой в ночлежке. — делает Тоня вывод. вместе с учениками, впервые постигая самую сѵть. — Ла, пение было одной из немногих радостей их бытия. Маленькие радости примйряли, например, таких, как Бубнов, с жизныо «дна»: «Эх, братпы! Много ли человекѵ надо? Вот я — выпил и рад! Зоб! Затягивай, любимую! Запою... Заплачу!..» Сатин знает, что человеку надо много. Он не запла- чет от пьяной жалости к себе. Но и он у ж е привык «обременять землю» и видеть смысл и поэзию в босяц- кой жизни, где можно чувствовать себя свободно. Сатин горд тем, что в себе, в шулере, может уважать свободно- го человека, а выпив, красиво и благородно говорить о Человеке с большой буквы, о высоком его назначении, что и на днежизни человек остается человеком, которого надо уважать. Заставил же он и Клеша признать, что «везде люди». А вот Актер пошел на пустырь и всю кашѵ испортил, то бишь, песню. Испортил непоправимо. «Эх, .испортил песню... ду-рак!» .И не столько к Барону, пре- рвавшемѵ песню. сколько к Актепѵ относятся эти слова Сатина. За то, что не вынес такой жизни. И — к чертѵ летит вся философия, поэзия и призрачная свобода бв- сяцкой жизни! Нет, «дно» — не выход.И обстѵпают мѵ- чительные, требующие действия вопросы: «Как жить?» «Что делать?» Вот оно, оказывается, что это за «реплика под заиавес»...