b000002542

укрытые ветхичи брючками. Андрей припомнил раско- сого старичка с реденькими усиками и ласковой улыб- кой... Женщины и ребятишки,улучив момент, торопливо совали в руки пленным куски хлеба. Старичок этот шел рядом со строем, улыбался Андрею, показывал буха.нку хлеба и вот эти самые рыжие брючки, жестикулировал: «Снимай, мол, свои флотские!» «Обмен с додачей», — догадался Крутов. Он давно задумал бежать, следовало как-то переодеться. На ходу снял свои щегольские, с широченным клешем, брюки, бросил старику, натянул сменку, выпрямился взять хлеб, но старичок уже отошел, оказался недосягаем... Припоминая, как все это было, Андрей заглядывал в глубину человеческой низости. Дна нет. И — не поверил. «Наверное, старик просто не успел, отстал от строя, или испугался конвоиров, или... Так нет же! Брючки-то, сменку свою он все-таки сунул! К-кулацкая шкура!» Мысли путались. Подтянув колени к груди, он замк- нул их кистями рук. В противоположном углу что-то зашуршало. Андрей услыхал повизгиванье, потом черный комок выкатился из угла и, шумно дыша, начал носиться вдоль стен. Сде- лав несколько кругов, собачонка улеглась снова. Матрос чуть не расхохотался: «Греется! Ей-богу, греется! Ах ты, горе горькое! Ну иди сюда! На-на-на... цо-цо-цо...» Он причмокивал на все лады, и собачонка, наконец, поднялась и нерешительно направилась к че- ловеку. Он погладил ее, потом поднял и положил себе между коленями и грудью. Щенок лизнул его в подбо- родок. — Ну вот, и лежи, — шептал Андрей, прижимаяс заросшей щекой к собачьемѵ меху. — У меня тут, прав- да, жестковато, а все не земля. В компании, небось теплее будет. А? Дыхание обоих бездомных смешивалось и остывало в бесгющадном холоде ночи. Крутсв забылся коротким сном. Почему состав зовут санлетучкой? ТИМКОВЧИСТИТ Пятый день ползет, а до Баку все ЛЕТУЧКУ ѲЩе ДЗЛеК0- если 0 Ы не 7 ИМК0Ві санлетучка тащилась бы еще медленнее.