b000002542

сказала она, — во-вторых, координируйте свои движе- ния. Я не знаю, что дает аспирантура, но что такое хал- тура, мы узнали на лекциях Нарциссова. Защищать его от нашей критики, по-моему, извините, беспринципно. Просто идете по линии наименьшего сопротивления, так как студентов приструнить легче. Нина Сергеевна хотела возразить, но та продолжала без паузы: — У нас, студентов, просьба самая скромная — раз- решить нам, хотя бы желающим, не посещать лекций Нарциссова и подготовиться самостоятельно. Тем более, что это факультативный. Пусть нас потом экзаменуют по всей строгости хоть целой комиссией. — Почему вы не пришли в деканат, а начали со статьи в стенгазету? Травмировать преподавателя! — А почему он травмирует студентов, перевирает каждый факт? Если не пустите в стенную газету, мы от- дадим в областную. — Выносить за стены института! — возмутилась Ни- на Сергеевна. — Вы не патриотка своего вуза. — А что, эти стены, отделяют нас от заграницы, что ли? — Этим вопросом мы специально займемся. А пока в областную газету писать не разрешаю^ посещать лек- ции Валерия Дмитриевича — обязываю. Тоня вышла. Ее догнал Андрей Крутов. — Ты это что, девчонушка, расшумелась и даже на- дерзила декану? А где ж рабочая дисциплина? Нехо- рошо. — Кажется наговорила лишнего. Но я не привыкла, чтоб на меня кричали. И едва ли привыкну. Нина Сергеевна возвращалась домой с настроением не менее испорченным. Она была недовольна собою, чув- ствовала себя уязвленной, и в то же время прямая, дерзкая Тоня напоминала ее собственную бескомпро- миссную молодость. Дома, за обедом, Нина Сергеевна поймала себя еще на одной несправедливости. Почему своему горлохвату- сынку подкладывает первый кусочек, на лучшей, с цве- точками, тарелке? А для кроткой дочурки берет тарелку не глядя, и обносит первым куском. А ведь к дочке боль- Ше душа лежит. Почему же? Справедливо? Нет. Она и здесь идет по линии наименьшего сопротивления, как