b000002542

и холодный костер, и шелковые галстуки. Их жизнь, конечно, лучше оснащена и богаче декорирована, что ли. Но на всю школу — одна тесная пионерская комната с громадным столом для заседаний. А у нас был не дворец и не комната: «Пионерский уголок» при фабрике — це- лый дом, две комнаты, зрительный зал и сцена. Вот ка- кого «уголка» не пожалели рабочие для своих детей! А с каким горячим восторгом мы кричали «Всегда готов!» и гордились своими галстуками — не шелк, не сатин, просто лоскут кумача. А наша живая газета! Называлась «Костер». Собрали двенадпать самых заядлых живгазетчиков города, и больше все с нашей фабричной базы. Нас приглашали в школы, в клубы других фабрик, в гарнизон, выступали даже на огромной сцене гортеатра, тогда это был Нар- дом. Наш вожатый Лешка собирает на пригласивших «конкретиый материал», готовим сатирические сценки с частушками и преподносим ошарашенному заказчику. Весело продергивали фабричную администрацию и от- дельных рабочих. Встречали смехом, но говорили так: «Пришла наша легкая кавалерия». Не только у рабочих, а и у нас, пио- неров, было такое чувство, что и мы строим, и мы хозяе- ва, и от нас что-то зависит. Улучшились обеды в фаб- ричной столовой. Помню, мы как-то спели такое: В супе там мочалочки, В каше елки-палочки, В соусе соломинки жуем... Зкономим, граждане, Экономим милые, Экономим, родные, во всем. Провоевали мы, правда, недолго. Как-то вечером пос- ле репетиции мы распевали свои частушки на всю ули- цу. А технорук фабрики шел мимо и услышал свою фамилию. На другой день вызывают Лешку в партячейку и го- ворят: «Делаешь ты болыпое и нужное дело, только пио- нерам его доверять нельзя». И поручили ему руковод- ство комсомольской «Синей блузой», а нам прислали какую-то Фаню из Трама*. Куда ей до Лешки? Даже пирамиды порядочной не могла придумать. Как мы ни * Трам — театр рабочей молодежи,