Краюшку для ребят, как возвращался, отец держал в руке, духмяный кус. Был, как всегда, гостинец тот — от зайца, пропахший диво-сказкою на вкус... Не только диво-сказкою богаты, и не единым хлебом жизнь красна. Так почему, когда ни крошки в хате, тревогу я трублю, моя страна? Так почему мой стих балладным ладом ран фронтовых перемогает боль, когда течет зерно ядреным градом, и на рушник сбирается хлеб-соль? Тот хлеб на счастье, с корочкой ржаною, для женихов смущенных и невест. И не в копейки быть ему ценою, он, золотой, сам — золота на вес'
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4