жит о (Из Борислава Степанюка) Мой пращур брел густым подлеском к полю, как зверь голодный, зверя не догнав В глазах темно, сил не осталось боле, и, падая среди высоких трав, схватил, ища спасенья, стебелинку, и в забытьи, у жизни на краю, в слабеющей руке своей живинку почувствовал, находку сжал свою. Тогда, быть может, и явилось жито, когда остался пращур мой живым, сквозь сито пальцев — первое, знать, сито - зерно просеял и наелся им... А как на хлеб румянец нагоняла большая печь, от пламени жарка, и как под ним, с исподу, трепетала капустная артерия листка! Шли косари, пустяшных слов не тратя, за хлеб насущный кланялись земле, и каравай, как солнце на закате, стоял в почетном месте на столе. 30
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4