b000002487

Святых икон в город, обыкновенно, по желанию сельчан деревни, служили пасхальную всенощную, и вот для сего пришли мы к часовне, внесли и уста­ новили в ней иконы, и я хотел уже начинать служение. Вдруг обступили меня селяне и просят позволения петь им не в самой часовне, а ставши на галерее. Спрашиваю я их о причине и убеждаю, что и внутри часовни мо­ гут они почти все поместиться. И какой же последовал от них ответ?! «Нам желательно,- говорили они,- чтобы в городе было слышно, как поем мы». Ввиду такого невинного и простодушного желания, конечно, нельзя было не удовлетворить их. Но этим еще не ограничилось их желание, оно простиралось еще даль­ ше и больше. Они приступили с просьбой, чтобы я благословил их сопро­ вождать Св. иконы с пением до самой городской церкви. Стеснительна для меня была эта просьба, но ввиду необыкновенного религиозного рвения решился я позволить и это им исполнить. И что это было за шествие, какая в нем открывалась прекрасная картина. Одетые все по-праздничному, более 300 человек, уставленные по два в ряд, начиная с детей, входили простосер­ дечные крестьяне в город, оглашая его пением: «Воскресение Христово ви- девше, поклонимся святому Господу Иисусу». Городские жители сбежались на это зрелище, и радости о воскресшем Господе не было пределов, так что и после долго вспоминали и говорили об усердии благочестивых поселян деревни. Замечательно, что не привлечен был я за это к ответу. Пасхальная радость долго еще и после сего была присуща благочестивым деревенским певцам. Они до самого отдания Пасхи не пели уже никаких пе­ сен; только и слышны были пасхальные песнопения по пасхальным книжкам, которыми я поусердствовал наградить простосердечных чад своих. Небезынтересно будет сказание и о том, как привлекаемы были дере­ венские прихожане к исполнению долга исповеди и святого причащения. Многие из них не исполняли этого долга, затрудняясь найти себе ночлеж­ ный приют в городе после исповеди, накануне дня приобщения. Затруднение это с любовью принялась устранить жена моя. Она всех, и старых и молодых, начала приветливо звать к себе на ночлег. Детей тог­ да у нас было еще мало, а потому и легко было уступить на субботу и на воскресенье все свое помещение, за исключением моего кабинета, в кото­ ром мы и помещались в эти две ночи. Крестьяне неприхотливы; для них не нужно ни кроватей, ни матрацев, они спокойно укладывались на полу, на соломе. Сами они и постилали эту постелю, сами и убирали, вставая к утренней службе. В пятницу и в субботу приготовлялась для наших до­ рогих гостей и трапеза. Хлеба они с собой приносили, а жена приготовляла для них только засоченых конопляным молоком щей и подавала рубле­ ную капусту с солеными огурцами, разведенную квасом. Ничтожное это угощение, а сколько было признательности и благодарности от простых