b000002478

Я предложил ему чаю. От угощенья он не отказался. —Вы что —лесник? —спросил я. —Нет, я пастух здешнего колхоза, —с достоинством ответил он и назвал себя: —Василий Филиппович Бере­ зин, может, слыхали? Я тоже отрекомендовался ему. Как ни хорошо одному в лесу, а все же соскучишься по человеку, и очень тянет поговорить с кем-нибудь, побала­ гурить. Пастух, как и рыбак, тоже часто один и по людям скучает. Поэтому мы с Василием Филипповичем быстро разговорились. Он пошутил: —Матвей Семенович, ведь, говорят, кто рыбу удит, у того в доме век ничего не будет? —Мне терять нечего, —в тон ему ответил я. —У ме­ ня особых богатств никогда не бывало, да они мне и не нужны. Василий Филиппович добродушно улыбнулся. Я дога­ дывался, что какое-то серьезное дело заставило старого пастуха оседлать своего жеребца и ездить по урочищам Польги в этот жаркий день. Догадки мои подтвердились. —А я пятые сутки по этим лесам разъезжаю, —пояс­ нил он. — Бык у пас пропал. Его и ищу. Да не бык, а настоящий демон. Такой, бестия, мстительный! —Он серый, с разорванным левым ухом? —спросил я. —Он самый, —ответил пастух. —А разве вы его ви­ дели? —Я с ним вместе грозу пережидал и кормил его хлебом! Василий Филиппович с изумлением посмотрел на ме­ ня и чуть не пролил чай. —Ну, рыбак, тебе грозила беда. Ведь он бодается! Его, лешего, весь колхоз боится. Ай-ай-ай! Вот что значит несведущий человек. От волнения он незаметно для себя перешел со мною на ты. Мне это понравилось. - —Как же вы с таким управляетесь? —спросил я, ус­ мехаясь. —Да с ним случилось это недавно,—ответил пастух.^ Может быть, мы сами виноваты в его озлоблении. Зовут его Тихоней, по ведь клички-то телятам дают. Зол бычи- ще до страсти. Двадцать пять лет пастухом работаю, орден за это имею, а такого зла ни в одном звере не видывал. Я снова налил собеседнику чаю, подвинул к нему ле­ пешки. 87