b000002463

поле смертельно ранен Петр Иванович Багратион - любимый ученик Су­ ворова; его, истекающего кровью, привозят на телеге в Москву, дороги загружены отъезжающими. И вдруг какой-то дворянин дает свою карету, в которой его везут в имение друга, князя Голицына, село Симу Юрьев- ГІольского уезда. Там великий полководец умрет от ран, будет похоронен, а в память о нем карета будет сохранена, сначала в имении, затем - в музее. А вот наш молодой современник, работающий в ЦК комсомола, заинтересовался лишь встроенным туалетом - да, там есть круглое отвер­ стие с крышкой, закрываемое кожаным фартуком! В зале смеялись, в пре­ зидиуме хохотал Аджубей. А я спокойно продолжала: кок-сагыз в годы войны был стратегичес­ кой культурой, он же был заменителем каучука. За успехи в его выращива­ нии работники сельского хозяйства района награждены орденами. Почему это показалось смешным работнику ЦК? Как жаль, что этот сомнитель­ ный материал попал в доклад первого секретаря ЦК ВЛКСМ! Ну, для порядка, я заверила, что музеи и впредь будут надежными помощниками партии, и т. п. Конечно, выступление было скандальным. В перерыве меня поздрав­ ляли, шутили. Какая-то цековская дама уж слишком сочувственно спроси­ ла: «Бедная, вы, наверное, очень волновались?» Нет, я уже не была «бед­ ной» и ответила с достоинством: «Нет, я говорила о своем деле и была убеждена, что меня поймут». Дама скорчила гримасу и, отходя, сказала: «Не понимают люди, на какой уровень попали!» А какие-то мужчины, работники ЦК, подошли и сказали: «Молодец! Проехала по Сереже каретой да еще по голове памятником прихлопнула!» Во Владимире мне иа следующий день позвонил первый секретарь обкома комсомола Борис Соловьев и тревожно сказал: «Меня вызывают в ЦК. Чего ты там наговорила?» - «Наговорила то, что надо. Дураков нельзя брать на работу в ЦК». Два года тому назад я встретилась с красивым седым генералом Бо­ рисом Петровичем Соловьевым. После обкома комсомола он работал в органах КГБ и дослужился до высокого звания. Вспомнили ту историю и ее продолжение, которое Борис мне тогда не рассказал. Сергей Павлов действительно вызвал Соловьева на разборку - «что это там за «белль фамм», надо разобраться». Б волнении ждал Борис Петрович весь вечер, но, к счастью, Павлов принимал делегацию Кубы допоздна, настолько допоздна, что в ЦК уже не пришел. А на следующий день - другие дела. Ну, а карета и памятник собаке до сего дня в экспозиции Юрьев- ІІольского музея.