b000002441

Лепит Юпитер горшки и ставит в солнечный день об- сыхать. Кто-нибудь обязательно решит: здесь, мол, тоже ни- какого секрета; вот и ошибся этот кто-нибудь. Третий секрет как раз здесь: должен быть солнечный день. Чтоб горшок хорошенько обсох. Итак, первый — спуститься, второй — тайком, тре- тий — лучезарная солнечная обстановка — самый, меж- ду прочим, пустяковый секрет: на худой конец мож- но сушить горшки и в пасмурную погоду. Правда, времени больше уйдет и качество будет чуть пони- же. И вот наконец главная технологическая операция — обжиг. Ставит Юпитер на полянке обсохшие полуфабри- каты, берет в руки обыкновенный п е р ун , и ну метать в глину молнии. Одну за другой, за третьей четвертую — снопами, пачками, ворохом. И к утру горшки готовы. Можно нести на базар. Люди приходят на базар за горшками и говорят друг ДРУгу: день сегодня тихий, но — ух, какая ночью была гроза! Вот это-то и есть самое главное: гроза! Хотя, говоря научным языком, она — побочный эффект обжига, в каком-то смысле не очень существенный. Поэтому прав тот, кто сказал: не Боги горшки обжи- гают. То есть прав он в том смысле, что — и не Боги. Люди тоже великолепно делают это дело, на базаре их горшки успешно конкурируют с олимпийской продук- цией. Но у людей получается без грозы. Если дело изготовления горшков полностью передо- верить людям, то не будет гроз. Поманишь пальцем ребенка: «Иди-ка, мальчик, сюда. Скажи, ты знаешь, что такое гроза?» — «Не»,— отвеча- ет мальчик. Подойдешь к старику: «Папаша, вам приходилось ви- деть грозу?» — «Не, сынок,— ответил старик.— Дед рассказывал, что вроде когда-то бывали». Горшков полно, а грозы нет. А без гроз на Земле, честно говоря, жить было бы тошно. Значит: спуститься — это раз, тайком — два, жела- телен безоблачный день — три и четыре — обязательно так, чтоб ночью была гроза. 15 В. Краковский 457