b000002441

весь, я и помнить забыл, куда его спрятал. Человек — существо очень изменчивое, за жизнь и злость тысячу раз пройдет, и любовь — местами попеременяются, так что не станешь ты меня, племянница, ненавидеть, спаси- бо скажешь». И уходит дядя Валя. А Тина — молоко попьет, доску в стене подергает, фруктов-овощей поест и ложится обратно на топчан, в по- толок глядит. И выходит из нее преждевременная любовь к Верещагину, душным облаком плотно окружает, и ка- жется, что некто преждевременный кричит, а самой — ни вздохнуть, ни охнуть. Это со стороны смотреть — вроде бы пустяк. А на се- бе испытаешь — жуткое дело. 196 Тем временем мальчик Коля сочинил вторую песню. От первой она отличалась очень важным признаком: в ней были слова. Если с предысторией, то вот как это случилось. Шел Коля по улице, а впереди — парень с девушкой. Девушка смеялась, приплясывала без всякого повода, а иногда клала парню на плечо голову и шла в этом не- удобном положении шагов пять или шесть. Одним словом, всячески демонстрировала свою радостную и нетерпе- ливую любовь. А как раз накануне пролился с неба дождь и кое-где на асфальте встречались лужи. И вот девушка вступила в одну из них, так как положенной на плечо парня го- ловой не имела возможности смотреть вниз. Парень тоже вступил — из солидарности, что ли, ведь он мог смотреть вниз, но это не имеет для дальнейшего развертывания со- бытий никакого значения. А тот факт, что вступила де- вушка,— имеет. Потому что после этой оплошности па- рень готов был двигаться дальше, а девушка — нет. Она заойкала, голову, естественно, с кавалерова плеча убра- ла и стала прыгать на единственной чистой ноге. А дру- гую поджала — в красной лакированной туфле, забрыз- ганной грязью. А парень шел с портфелем — студенты они, что ли, были. И вот, покровительственно улыбнувшись на гром- кие восклицания своей подруги, он расстегнул портфель и вынул из него тонкий журнал — наверное, не нашел 442