b000002441

слово... Нет, только сейчас. Сейчас или никогда. Если через час тебя не будет в институте, я разобью бутылку о собственную голову». Геннадий стоит рядом и всем видом показывает, как он переживает за Верещагина. Он страдает от Петиной неуступчивости. Когда Верещагин говорит, что разобьет бутылку о свою голову, Геннадий вытягивает шею, как бы предлагая для этой цели свою. «Сейчас Петя придет»,— говорит Верещагин, кладя трубку, и достает из ящика стола банки-склянки, две- надцать штук. Он серьезен уже, сдержан, и взгляд его горит холодным синим огнем. Он похож на полковника перед боем. Он похож также на хирурга перед опера- цией, на спортсмена перед рекордным прыжком, на кло- уна перед ответственным выступлением с новой програм- мой. Через минуту он выбежит на арену и закричит: «Здравствуйте, а вот и я, ха-ха-ха!» Сейчас же он про- веряет, все ли готово для тех трюков, которые намерен показать публике, и глаза его светятся холодным админи- стративным огнем, как лампы радиоприемника в момент важного государственного сообщения. «Альвина,— гово- рит он.— Нет, лучше Ия... Нет, все-таки Альвина, поско- льку ты влюблена, а это немаловажный фактор... Альви- на,— говорит он,— я вернусь через полчаса, за это время ты тщательно перемешаешь содержимое всех банок и капнешь в образовавшуюся смесь двадцать одну каплю, если недокапаешь, больше тебя никто никогда не поце- лует: я оболью твое лицо серной кислотой». «Лучше азотной»,— тихо говорит Юрасик, хихикает, краснеет, опускает глаза, и, мельком взглянув на все это, Верещагин получает достаточное подтверждение сво- им подозрениям: Юрасик не любит Альвину, он просто алчно похотлив, сексуально неразборчив, постельно все- яден, в нем грубо настроен механизм генетической изби- рательности, но какое мне сейчас до всего этого дело, думает Верещагин, вот Альвина, та действительно влюб- лена, хотя ее чувство тоже результат генетической не- разборчивости, нечистоплотности — возрастная и от несчастий извращенность функций, таким людям через сто лет будут запрещать иметь потомство, но какое мне с е й ч а с до этого дело, опять думает Верещагин; впрочем, это хорошо, что Альвина любит искренне; надо, чтоб она держалась к печи поближе, особенно в начале кристал- лизации: поле любви, окружающее ее, может повлиять 394