b000002441

редать дальше. Сосущий инструмент ей дан для этого и глаз, способный видеть то, что сокрыто: нектар на дне чашелистника, тайные грезы задумавшегося мужчины. Мед и плод она творит. Не осуждаю я ее за это. По- тому что мир из одних цветов красив, но недолговечен. 136 И вот увидела Тина грезы Верещагина, зависла пчела над цветком, сосущий инструмент наготове,— сядет, уле- тит, и нет в цветке сладости и лепестки увядают... Но не тут-то было! Верещагин не дурак, Верещагин тертый ка- лач и крепкий орешек, Верещагина голыми руками не возьмешь, Верещагин голову в петлю не сунет, его на мякине не проведешь, за него двух небитых дадут, он собаку съел, обжегся на молоке, он теперь на куст — ша- лишь! — не сядет. Одним словом, Верещагин — стреляный воробей. А дальше события развивались так: Вера, по своему обыкновению, проворчала что-то злое, Верещагин в ответ повторил то, что уже однажды им было сказано: мол, не завидую твоему будущему мужу, Вера отреагировала так же, как и в прошлый раз: вы, мол, моего будущего мужа не троньте, не вы, мол, им станете. «Конечно,— ответил Верещагин.— Я бы тебя в жены не взял.— И шутливо прибавил: — Вот Тину взял бы, другое дело». Жениться он никакого намерения не имел — ни на Тине, ни на ком-либо еще, но раз идет шутливый раз- говор, то почему бы не пошутить и так: Тину, мол, взял бы. На что Вера ответила — Тина пока в разговоре не участвовала: «Давайте, давайте. Она пойдет. Она такая дура, что пойдет». «Откуда ты знаешь, что пойдет?» — спросил Вереща- гин. Это он продолжал шутить. Стоял посреди комнаты, улыбался и шутил, поглядывая то на Тину, то на Веру. «Что я, слепая? — сказала Вера.— Будто я не вижу, что пойдет». «А Тина, как всегда, молчит,— заметил Верещагин. Он решил и ее втянуть в веселую беседу. И сказал: — Ти- на, пошли в загс». «Она сейчас вам ответит,— сказала Вера.— Что я, не вижу, что ли, что ответит». 279