b000002441

94 Давно притч не было. Слушайте. Лев и заяц нашли пирожок. И стали спорить, кому съесть. «Он с капустой,— уверял заяц.— Значит, должен съесть я».— «С мясом,— возражал лев.— Я съем». И решили: кто прав, тот и съест. Разломили — с ка- пустой. Но лев все равно съел пирожок. «Несправедливо! — закричал заяц.— Ведь прав я! Я прав!» «Ты прав,— согласился лев.— А я — лев» . Опять-таки: царство Божье внутри нас. 95 Перемены будоражат. Дорога пробуждает надежду. Поезд приходит издалека, он стоит в Порелове толь- ко пять минут. Это очень хорошо. Как можно меньше в Порелове! Верещагин шумно распахивает дверь купе, с громким стуком ставит на пол чемодан, магнитофон, реши- тельным шагом идет в туалет. Там он запирается, заку- ривает, смотрит в зеркало. В выражении его лица есть что-то победоносное, он сам замечает это и доволен. Хорошее лицо, говорит он себе. В дверь туалета начи- нают стучать. К Пеликану он войдет именно с этим ли- цом. Не как бедный родственник, не проситель — в кон- це концов, он не кто-нибудь, он — Верещагин, черт возь- ми... А в дверь стучат. Начать все сначала, говорит он себе, минувшие годы — гниль и болото,— вот как он определяет теперь свою прошлую жизнь. Застой! Он шел на поводу. Он плыл по течению. Теперь будет иначе, ре- шает он. Он засмеется Пеликану в лицо, если тот предложит ему плохое место. Он потребует нормальных научных условий. Он займется, наконец, своим К р и с - т а л л о м . Он скажет Пеликану: слушай, ты...— именно этим тоном и на «ты»... В дверь стучат уже изо всех сил. Он скажет Пеликану: время Верещагина при- шло, будь счастлив, что ты ему подвернулся... Дверь прямо-таки гнется от ударов. Конечно, я потерял годы, даже десятилетия, но молодость, она ведь до пятидесяти четырех лет. Время еще есть!.. «Да войдите же!» — кри- чит он, распалясь. За дверью — вопль, Верещагин отпи- рает — на пороге проводница. «Что вы хулиганите по 190