b000002441

чи. Господи, говорю я себе, это же большое счастье — ни разу не попасть! Каково было бы мне сейчас, в мои ны- нешние годы, носить на душе грех убийства? А?» Он берет шариковую ручку, пишет на верещагинском заявлении: «Не возражаю» — и подписывается своей зна- менитой подписью, которая не изменяется уже тридцать лет. «Узнаю свою молодость»,— говорит он после этого и объясняет: его личная молодость длилась до пятидесяти четырех лет. «А потом что-то щелкнуло в душе: то ли выключилось, то ли сломалось»,— говорит он. А когда Верещагин уходит, он достает свои тайные списки. В первые годы работы Верещагин числился по спискам «Ж» и «И». Потом был в списке «А», еще позже в «К». Теперь директор вычеркивает его из списка «3». Верещагин расстается с директором пореловского ин- ститута навсегда. И нам тоже больше с ним не встре- титься. На прощание — все, что я знаю об этом человеке. 91 В двадцать восемь лет он стал кандидатом наук. В тридцать пять доктором и лауреатом какой-то там премии. Приятели любили его за балагурство, началь- ство — за необыкновенную работоспособность. Когда пе- ред ним встал вопрос — продолжать быть творческой личностью или руководить творческими личностями, он не без колебаний избрал второе: его назначили начальни- ком главка какого-то там министерства. Среди мрачных трусливых коллег он выделялся смешливостью и непре- клонной волей. Он любил изучать людей и в первый же год после на- значения на пост директора пореловского института произвел классификацию всех научных сотрудников, со- ставив следующие тайные списки. «А. Середнячки». «Б. Подающие надежды». «В. Зануды, но талантливые». «Г. Просто зануды». «Д. Люди с блеском, но бездарные». «Е. Просто бездарные». «Ж. Просто талантливые». 187