b000002441

79 Чувствую потребность произнести длинную речь о любви. Я уже говорил о ней,— кажется, получилось не- плохо. Так вот, еще. Мною движет стремление оправдать Верещагина. Я не хочу, чтоб читатель похохатывал, вспоминая сер- дечную трагедию моего героя: чудаковат, мол, придури хоть отбавляй — влюбился в девушку и устроил черт знает что. Гений, мол, одним словом, они все немножко ненормальные. Неправда. Гении нормальнее вас. Все, чем вы пользуе- тесь, все ваши привычные взгляды на окружающий мир — все это когда-то было придумано гениями. Не хотите же вы сказать, что идете по жизни путями сума- сшедших? Поведение Верещагина можно разъяснить с научной точки зрения. Я уже пытался сделать это на примере с зажигалкой: мол, тер, тер и протер; дескать, все прекрас- ное в женщине тонким слоем, так что особенно тереть не стоит, но этот пример объясняет только почему протер. А почему тер? Пусть читатель не думает, что один Верещагин склонен увлекаться трением. Сплошь и рядом влюбленные муж- чины вдруг начинают испытывать болезненный интерес к прошлому возлюбленной, что приводит к утомительным расспросам на эту тему и скандалам, если что-то оказы- вается утаенным. Но об этом мало кто знает, так как расспросы такого рода, то есть копание в любовном прошлом женщины, широкая общественность считает занятием малодостой- ным, смешным, стыдноватым, блажью, п р и д у р ь ю и в результате большинство мужчин старается скрывать свое увлечение этим делом. Однако, исходя из положения, что нормальный чело- век, как и любая другая неиспорченная биологическая система, никогда не совершает немотивированных поступ- ков, а также принимая во внимание тот общеизвестный факт, что п р и д у р ь ю первоначально назывались мно- гие исполненные глубокого смысла движения души, мы должны отнестись к неодобрению общественности с неко торой настороженностью и исследовать вопрос со всей объективностью, без ухмылок и несерьезных реплик. Дру- гими словами, мы должны попытаться найти научные 170