b000002441

ли, луна, как бледное пятно, сквозь тучи мрачные жел- тела... Верещагин выбежал на освещенный проспект — ни души: снежинки в неоновых огнях бесовские хороводы водят, ветер неистовствует меж крутых домов, как гор- ная речка в ущелье. Ни души вокруг. Субботний вечер — все к телевизорам липнут, соле- ными огурцами на кухнях закусывают, один Верещагин, бедолага, мечется по проспекту, всем телом навалива- ется на воющий ветер. Внутри — тоска, снаружи — вой. И вдруг он останавливается: кинотеатр. Смотрит на запорошенную снегом витрину и смеется: там написано, что через полчаса сеанс. Неужели правда? Неужели посреди этого вселенского хаоса люди еще не разучи- лись хоть что-то делать сообща? Неужели не обезумели, не вымерли от безнадежности? Верещагин идет к окошечку кассы, не веря: все это, конечно, обман, враки, думает он, окошечко, безусловно, закрыто обшарпанной фанеркой... Но фанерки нет, за окошечком женщина — журнальчик читает, без пальто даже. И эта женщина выписывает Верещагину билет, про- тягивает сдачу. Все это еще пустяки, просто так, маленькая неожи- данность, настоящее же чудо впереди, оно обрушивается на Верещагина, когда он открывает дверь и входит в фойе кинотеатра: громкая музыка ударяет в его запорошен­ ные снегом уши, потоки света — в его слезящиеся от ветра глаза, и еще что-то, Верещагин не сразу понимает что... О, это звонкий девичий голос — вот оно, чудо! — на сцене: девушка, она поет, вокруг нее веселые живые музыканты, они дудят, бренькают, пиликают, лупят по барабану, ножками в такт притоптывают, на девушке платьице ситцевое — надо же! — легкое, яркое, короткое; девушкино тело лукаво выглядывает снизу и поверх его,— заиндевелым, промерзшим Верещагиным забытая летняя полуобнаженность воспринимается как вопиющая нагота; голос — теплый, майский, легкомысленный, пе- сенка — простенькая, быстрая и тоже легкомысленная,— в другой ситуации Верещагин, наверное, поморщился бы: вульгарноватая, мол, песенка, но сейчас — куда там! — рад ей, просто задохнулся от счастья... Постепенно его ошалелому взгляду и остальной ин- 117