b000002438

жи, а красивый и некрасивый могут иметь сходство. Почему такое — не знаю. Я почти каждый день вглядываюсь в ма­ мино фото и каждый раз ищу: за счет чего она красивая. За счет глаз? Закрою всю фо­ тографию ладонями, оставлю одни глаза и смотрю. Хорошие глаза, но —ничего особен­ ного. Нос отдельно погляжу —обыкновенный нос. И рот, и лоб —хорошие, но, опять же, ничего особенного. А как уберу ладони и как гляну на всю—даже екнет внутри: какая красавица! И тоскливо делается: что толку в этой красоте, если нельзя ее разгадать —от­ куда и из-за чего она? Другие смотрят на закат и восхищаются: ах, как прелестно, какая красота! А мне го­ ворят, что у меня нет чувства прекрасного. Это потому, что я отворачиваюсь. А как же мне не отворачиваться, если я знаю, что эта красота на пять минут. А потом наступит ^сумрак и темнота. Кому нужна красота на ^пять минут? И зачем размазывать такую кра­ сотищу на полнеба, если через пять минут сумрак и темнота? Иногда вдруг представляю, что эта деву­ шка, моя мама, умерла с голоду, и внутри де- лается холодно и пусто. Как это могло слу- 28