b000002437

преследовавших его человеческих поводырей - собак. По отноше­ нию к ним покажет себя на первый взгляд не менее загадочно, чем с потерянным самородком. Меченый, не обнаруженный людьми, оставит на привязях их отрезанные головы, а рядом - лапки. Вы­ потрошенные тушки исчезнут. В ту же дождливую ночь необъяс­ нимым образом отыщет и похитит вновь испечённых сержантов, уцелевших в предыдущей трагедии. Обоих умертвит, сломав шей­ ные позвонки. Уничтожит собак и группы преследования. Всё это мы обнаружили на рассвете на обеих стоянках, оказавшихся на удалении около трёх километров. В ту ужасную ночь, когда теряющий силу ураган стал отхо­ дить к Уралу, я собрал своих пострадавших подчинённых под брезентом, зависшим на поваленной сосне. Все без исключения имели ушибы и раны от разбросанных веток и обломков сосновых стволов. У четверых были переломы костей конечностей. Нало­ жив им шины из подручных материалов, в их несчастьях обвинил себя. Слишком близко к опушке леса, не подумавши, распорядил­ ся разворачивать лагерь. Однако поутру нагрянувшая на вертолё­ те следственная группа моей вины не обнаружила. Без разбора за­ вала на поляне посадку совершить было невозможно. Реликтовый сосновый лес выстоял, потеряв часть своих могучих ветвей. Мо­ лодой же лес был словно сбрит подчистую. Рассредоточенные по периметру поляны каменные гольцы сдержали разлёт обломков. Это и спасло нам жизнь. Феноменальные способности преследуемого нами существа поражали. Каким способом в ночном урагане при нескончаемом дожде он из четырнадцати человек выбрал двоих, ранее знакомых ему сержантов, объяснить невозможно. Опасливо и в то же время непередаваемо трепетно мне было осознавать, что не отомщенным за оказанную ему обиду остался я один. Вероятно, люди первого взвода имели какой-то особый запах, и в эту тревожную ночь ра­ зыскать меня до рассвета у него не хватило времени. Ни тогда, ни позже других объяснений не нашли. Не исключено, что отсут­ ствие второго глаза природа компенсировала звериным обоняни­ ем и слухом, а возможно, и иным чувством. Но об этом чуть позже. Сидя на обломке соснового ствола с забинтованной головой, я писал донесение для отправки в Москву шифровкой. Тайные