b000002434

218 и ненавистнее иноверцев. Непримиримая вражда между старообряд- цами, которые придерживались церковных правил старых времён, и сторонниками патриарха Никона, введшего некоторые уточняющие правила в православии, продолжала будоражить державу. Кажущая- ся незначительной разница – креститься тремя или двумя пальцами, для старообрядцев-раскольников была страшнее, чем вера в другого Бога. Как примириться, когда каждый палец означает один из обра- зов Бога. Не смирившиеся раскольники сжигали себя в церквях. Ещё более их сожгли и четвертовали. Наш северный таёжный край ки- шел беглыми христианами разного толка и язычниками. Время ле- чит и стирает острые проблемы. Рассредоточенные на огромной и богатейшей территории, местами и труднодоступной, люди в труде и заботе о хлебе насущном уживались мирно. Зачастую на единых кладбищах по разные стороны покойников хоронили. В праздники хороводы совместные водили. Чтобы положить конец затянувшемуся противостоянию, мудрая императрица «заигрывала» со староверами, которые в большинстве своём проживали уединёнными общинами. Но что интересно, в нашем крае и те, и другие, и язычники посещали тайный пещерный храм. То ли накопленные богатства их объединяли, то ли неведомые секреты русской души и преемственность древних традиций. И чтобы заслужить примирение не с русской церковью, а с государыней-матушкой Екатериной Великой, поделились частью со- кровищ и культурных ценностей – древних книг, рукописей, ману- скриптов. Некоторые подлинные древние летописные, исторические сведения попали в руки так называемых «екатерининских историков»- немцев для изучения. Доказательность в них истинного места Руси в мировой истории открытий первопроходцев оказалась столь велика, неожиданна и ошеломляюща для фальсификаторов русской истории, что бесценные летописные артефакты исчезли в подвалах Ватикана. Римской церкви невыгодно было что-либо менять в навязанных Руси исторических канонах. – Часть документов – списков, люди Яртура из пещер перенесли мне на кордон. Неделю с ленинградскими учёными я и Яртур разби- рались с этими бесценными записями. За сторожа меня пока остави- ли и вынужденно забыли, коли военные запретили сенсацию делать